Журнал «Уральский следопыт»

сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Ежемесячный журнал путешествий по Уралу, приключений, истории, краеведения и научной фантастики.

Издается с 1935 года.

2014 г. 1935 г.
Автор: Юля Смаль

Жаба

Пётр умирал. Умирал обычно, как это делают все одинокие люди средних лет. На табурете около кровати громоздились таблетки, пузырьки и стаканы с водой. Эти стаканы почти каждый день ставил дальний родственник умирающего, претендующий на его квадратные метры. Все по-честному: предсмертный уход взамен на жильё. Плотно задёрнутые шторы не пускали в квартиру не только свет, но, кажется, даже воздух. Этот воздух, спёртый, плохо пахнущий тяжело клокотал у Петра в груди. Он чувствовал: ещё чуть-чуть и свобода! И ждал, затаившись, почти не шевелясь, будто боясь вспугнуть.

Взгляд скользнул по комнате. В полутьме густых бархатных портьер беспорядок, замешанный на горячечном бреде, превращался в сцену, где главной героиней была Она. А всё вокруг – антураж и декорации. Разбросанная одежда, перемазанная кровью и нечистотами, закатившиеся в угол, забытые пузырьки. Пётр улыбнулся абсурдности и одинокости своего конца, вспомнил, как в детстве мечтал о том, каким смелым альпинистом-спасателем будет и однажды, не выдержав гонки на выживание с очередной лавиной, навеки останется в вечной мерзлоте, где-то в снежных шапках гор. А потом… В горах, даже если и бывал, то только у подножия, на пьянках, в промежутках между работой и повседневностью. В общем, не был в горах.

Вдруг дёрнулся. На подушке около его головы расселась огромная серая земляная жаба. Лягуха, в бородавках, на вид липкая и отвратительная, внимательно изучала мужчину.

- Чего тебе? – буркнул он, стараясь отодвинуться, но сил не было, истаяли. – Откуда ты вообще взялась? Всё же закрыто.  Досада какая, дожился, умирать в компании рапухи, или как там вашу породу моя бабка называла?

- Мне? – проскрипела жаба. – Ничего. Тебя жду.

- Ждешь? – глупо переспросил давно и мучительно болеющий человек, понимая, что, видать, смерть он встретит с галлюцинациями. – Зачем?

- Как зачем? Проводить. Упреждая следующий вопрос: да, да, туда, за грань. Ты уже умер.

- А почему лягушка? – уже ничему не удивился Пётр, решив, что безболезненные видения лучше мучительной агонии. Вдруг вскинулся. – Как уже умер? Совсем?

- Совсем умер. И не лягушка я, а сама, что ни на есть, жаба. А почему? Вот, представь. Ты умер, забегает в дом твой родственник или сердобольная соседка, а рядом с тобой … лошадь, например. Или собака, скажем. Откуда взялась? Что за полтергейст? Расследование, страшные заголовки в газетах, жуть и ужас, ещё и тебя в пророки запишут. А тут жаба. Каких кругом полно – в подвалах, под кустами, даже на сырых чердаках. Что же странного, что возле умирающего в его конуре сидит земляная жаба, ждет, не дождётся, когда её выпустят.

- А. Так и что?

- Так и все. Вставай, пошли.

Пётр не ощущал ставшей привычной боли в груди, руки-ноги слушались. Безропотно встал и размялся, присев пару раз. Если это видения, то очень приятные. Он оглянулся, ожидая увидеть на кровати свой труп. Но ничего такого. Кровать пустая, на подушке вмятина от головы, густо усеянная седыми волосками. Если коснуться к подушке рукой, можно ощутить тепло только что вставшего тела.

- А… - не знал, как сформулировать вопрос, только показал пальцем на место, где бы должен был лежать мёртвый он.

- А чего? Хотелось бы посмотреть на собственные останки? Смотреть-то, прямо скажем, не на что, пусть вон, родственник изучает, ему от этого прямая выгода, а тебе что? Ты бы переоделся. А то в таком виде и на смертный одр. Не хорошо. Давай, пять минут. В любой же момент кто-то может зайти.

- И нас увидят?

- Не увидят, конечно, но уходить придётся не одетым, потому что увидеть смогут. Пока ты здесь, ты материален. Быстро. Аккуратно, но чтобы никто не заметил пропажу. Скромно. Не на приём к королеве идешь. Джинсы и майка в самый раз.

Пётр быстро собрался, с удивлением наблюдая изменения. Плети вен на старых, обвисающих руках прятались, складочки и волны на теле выравнивались, щекотались тёмные волоски, с почти ощутимым шелестом прорастающие сквозь кожу. Интересно было бы посмотреть на себя в зеркало. Он коснулся лица – тоже молодеет.

- А что ты хотел? – спросила слегка удивлённая жаба. – Никому не нужна ни твоя старость, ни твоя немощь. Это всё условности. Пошли.

И жаба двинулась к двери, не прыгая, а как-то важно ступая, как в мультфильме, что ли.

- Нас там не увидят? – забеспокоился умерший.

- Нет. Не в окно же нам прыгать, честное слово Ты только здесь, возле своей кровати материален. Да и то, ненадолго. Пошли уже!

Дверь с лёгким скрипом отворилась. Нога ступила на ледник! В лицо подул ледяной ветер, растрёпывая волосы, больно царапая кожу. Миллионы мурашек зашевелились на коже – холодно. Но вокруг было красиво. Очень красиво. Массивные шпили гор окружали мир, темнели на фоне светло-голубого, прозрачного неба. Дышать опять трудно, но не из-за болезни. Воздух, щекотал, нервировал, приглашал вдохнуть глубже, но, как не вдыхай, набрать его полную грудь не получалось.

- Это что? – обернулся он к жабе, прошептал чуть сдавлено.

- Это? Тибет,  - она даже махнула лапой в сторону чего-то отдалённо напоминающего храм, там, далеко-далеко, на пределе видимости.

- А зачем?


  • 1
  • 2

+
-
0
Оставить комментарий может только зарегистрированный пользователь.  Зарегистрироваться