Журнал «Уральский следопыт»

сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Ежемесячный журнал путешествий по Уралу, приключений, истории, краеведения и научной фантастики.

Издается с 1935 года.

2014 г. 1935 г.

Княгиня Анна Благодать

«Уральский следопыт» 1995. № 7

Вот закончится жизнь,

И тогда уж начнется…
Кажется, Сергей Юрский

   Дело было на железнодорожной станции в городке Кашине в первый год Великой Отечественной  войны. Ночной охранник шел по путям в усталой задумчивости, как вдруг впереди, в неясном свете желтых ламп увидел фигуру женщины в монашеском одеянии. Чистое, обрамленное темным,  лицо. Правая рука слегка поднята в благословляющим жесте. Именно лик и рука излучали свет.

   Опешив и остановившись в отдалении, охранник спросил-таки, кто она и что делает здесь.

   - Я преподобная Анна Кашинская, - ответствовала женщина. - Я охраняю свой город и свой народ.

   Таково предание времен совсем недавних.

   А мы, если помнит читатель, оставили княгиню Анну в Твери, ликующей факелами и колокольным звоном, ночью 22 декабря 1317 года, когда она, раскрыв объятия, пошла навстречу плененной Кончаке. Но, удрученная происшедшим, княгиня московская объятий не приняла…

   Анна проснулась затемно и сразу поняла, что наступил ее последний день - сегодня она умрет. Необычная легкость, прямо невесомость царила в теле.

   Стояли в келье тишь и темень. Только неясным голубоватым пятном мерцал-светился на стене образ. Она узнала святую Иулианию - значит, нынче 2 октября.

   Встала. Минуту было ей легко и бездумно ждать. И вдруг осенило: а ведь он, гость-искуситель , не преминет явиться, без него ей не уйти. И  этим легким беспокойством жизнь как бы снова затеплилась в ней.

   Анна не знала, кто это был, ее частый ночной собеседник. Ни имени не ведала, не зрела лица. Иной раз он виделся старцем, медлительным, трудно носящим грузное тело. Таким, каким из детства помнился ей ростовский святитель Игнатий.

   А то являлся бесцеремонным, как будто молодым, мельтешил по келье неуловимо. Ну прямо бес, прости Господи.

   А в инако время      угадывала в нем Анна едва ли не ордынца Петра. Того самого, тоже из детства, Батыева племянника, бежавшего из Орды в Ростов под зовущую сень христианства. Обретя в душе Христа, царевич ордынский воздвиг себе обитель близ Ростова на озере Неро и днями молился там.

   Когда было Анне двенадцать или тринадцать лет, довелось ей быть в той обители с отцом, князем ростовским Дмитрием Борисовичем. Помнит Анна, что стояла, а Петр сидел на каких-то мешках, положа руки ей на плечи. Легкие, костистые руки. Что это было? Почему оказались они в келарне одни? О чем говорил ей старик, сухой и горячеглазый? Все исчезло из памяти, только помнит Анна, что руки его все тяжелели и шли, шли - по волосам ее, по плечам, по чреслам… Возвращались, шли опять. Потом за дверью раздались голоса, и Петр подтолкнул ее к выходу…

   …Анна ждала. Уже день клонился к вечеру, послушница свечу затеплила и вышла. Анна все ждала. И задремала будто. И сразу почувствовала, что он уже здесь - пламя свечи колебнулось, и тень слабая появилась на стене.

   «Гость» заговорил как всегда, с какой-то фразы из прошлой их встречи. Экая противная причуда.

Оглавление

1

2

3

4

5

6